Top

Черновики историка
Веб-журнал Григория Андреева
http://l-flow.ru

Род Соммеров и Шиманских

Большинству из нас дано совершить в жизни лишь один поступок. Тот поступок, который является определяющим для всей последующей жизни. «Большинству» я говорю на всякий случай, потому что кто-то не совершает этого поступка, но сколько таких людей – я не знаю. Пока ты не совершил поступка, не сделал выбора, тебя в этом мире словно бы и нет. А как только решение принято – ты стал самим собой. Мог бы ты стать кем-то другим? Конечно, иначе вообще бессмысленно говорить о выборе. А дальше – всё бывает по-разному. То, что сделанный выбор становится твоей судьбой, человек замечает не сразу. С годами, да и то, если есть желание и умение разбираться в самом себе. Отменить сделанный выбор – нельзя. Можно попробовать совершить нечто противоположное, пойти наперекор. Но потом оказывается, что и такой вариант уже был предусмотрен всезнающей судьбой. Порой может показаться, что ты обманул судьбу и стал собой, но – другим. Но это скорее самообман или иллюзия, сотканная той же судьбой.

Не зная ничего о поступке, совершенным человеком – невозможно написать историю. И тем более – историю Рода. Ведь для этого требуется не только простое знание. Только сопричастность к выбору, совершенному твоим предком, более того, - ощущение того, что его поступок влияет на тебя, и в какой-то степени создает и твою судьбу – дает нам право считать, что твой предок и ты – представители – одного Рода. Всё остальное может оставаться просто интересным рассказом или архивной записью, не более.

Я не раз задавался вопросом – почему нам дано совершить только один поступок. Наверное, потому что белка сразу рождается белкой, а для человека недостаточно самого факта рождения. Ему надо ещё кем-то – стать. И в момент принятия единственного, главного в своей жизни решения, человек и становится – самим собой. И отменить это уже не может - это выше человеческих сил.
И я, потомок, пишущий историю, вижу, как главный выбор в жизни моего предка влиял на его судьбу, и ощущаю, что и пятьдесят и семьдесят, и сто лет назад, уже ткалась линия моей собственной судьбы и тогда я начинаю видеть то время совершенно иначе – так, как будто оно было и моим, и исчезает вереница разделяющих нас лет, а моя жизнь превращается в продолжение - его жизни. И слагая повесть о нём, я начинаю рассказывать о самом себе.
История Юзефа Андреевича и Юзефы Андреевны – первая в этом ряду. Хотя о судьбоносном выборе своего прадеда я могу судить только по последствиям. А ведь выбор не всегда так очевиден. Он может быть даже совсем не заметен. И только очень хорошо зная человека можно порой догадаться о том, что и когда он выбрал. Мне же известны только крупицы из жизни Юзефа Андреевича и Юзефы Андреевны. И поэтому мой взгляд на них - лишь взгляд из будущего, не прямой, а отталкивающийся от других историй, в том числе и от моей собственной жизни.
ХХХХХ
Моя бабушка любила рассказывать историю знакомства своих родителей – моего прадедушки и прабабушки. Их знакомство состоялось на балу в Полтаве. Молодой офицер, поручик, пригласил на танец красавицу – юную польку, они познакомились и вдруг выяснилось, что они – полные тезки – Юзеф Андреевич и Юзефа Андреевна. Они сочли это совпадение не случайным, знакомство продолжилось и через некоторое время они поженились. Но родители Юзефы Андреевны были против этого брака – они считали, что бедный офицер недостоин их дочери. Помимо бедности генеральше не нравилось, что Юзеф Андреевич был не поляк, а обрусевший немец.
Отец Юзефы Андреевны был генерал, но главной противницей оказалась генеральша. Уже после смерти генерала, его вдова выгнала дочь вместе с детьми из своего дома. Все эти события происходили в Киеве. Поэтому детство моей бабушки было очень бедным – семья скиталась по съемным квартирам, Юзеф Андреевич карьеры не сделал и погиб во время русско-японской войны. После его смерти Юзефа Андреевна пошла работать на телеграф простой телеграфисткой.
Ещё бабушка вспоминала, что генерал – её дед – скакал на белом коне, а генеральский дом находился в районе современной Львовской площади. У меня есть смутное воспоминание, что очень давно, когда я был ещё совсем маленький, мы с бабушкой приходили к этому дому. Бабушка махнула рукой и сказала: А вот мой бывший дом! И больше ничего. Но точно ли это было так - я теперь не знаю.
Я обожал этот рассказ. В нём было все самое лучшее из прошлой, досоветской эпохи – знакомство на балу, любовь, судьба, и генерал на белом коне.
Больше бабушка о дореволюционной жизни не рассказывала ничего. Лишь кое-что, касающееся судьбы её старшей сестры и старших братьев, хотя о том, сколько у неё всего было братьев и сестер бабушка умалчивала*. Но и во всех этих рассказах обязательно подчеркивалась, что семья жила очень бедно.
ХХХХХ
Ещё в детстве я принял этот рассказ на веру, думал о нём, как о прекрасной сказке, и никогда не подвергал сомнению. Уже очень поздно, через почти двадцать лет после смерти бабушки и мамы, я стал заниматься историей своих предков и не мог не обратить внимание, что в бабушкином рассказе есть какие-то странные несовпадения.
В самом деле, если генеральша была с самого начала против этого брака, то почему она выгнала дочку на улицу не сразу, а лишь только когда родились дети? Что за странная жестокость? Причем, бабушка рассказывала, что сначала они с мамой жили в черных помещениях в доме генеральши, а уж потом были изгнаны совсем. Бабушка родилась в 1900-м году, её отец видимо погиб в 1904-1905 году, бабушка генеральский дом помнила, значит, семью выгнали на улицу чуть ли не в год его гибели?
Всего лишь три года назад я сумел разгадать эту тайну. Тайну страшную, чудовищную для советских времен, о которой не знал никто в нашей семье – ни мама, ни мой отец, ни мамины двоюродные братья и сестры, а только – сама бабушка и её старший брат.
Меня давно смущало то, что не сохранилось ни одной фотографии Юзефа Андреевича, а на фотографии Жозефины Андреевны – его сестры, аккуратно вырезан стоящий рядом мужчина. А ведь эти фотографии их архива самой Юзефы Андреевны. Неужели она не сохранила ни одной фотографии своего мужа, погибшего на русско-японской войне?!
Но сказать, что вся эта история выдумана от начала до конца тоже было невозможно, потому что сохранилась фотография брата Юзефы Андреевны – Павла, а на обороте её следующая надпись: "Сестре Юзе. Родным не только по крови, но и по несчастьям и неудачам". Значит, - были какие-то несчастья, но почему жертвой их стал и брат Павел? Хотя мысль о том, что бабушкин рассказ – чистая выдумка, посетил меня после того, как я просмотрел ежегодные списки всех генералов Российской Империи и генерала с такой фамилией не нашел! Кто же тогда скакал на белом коне? Кстати, бабушкина старшая сестра среди жителей Киева числилась, работала телеграфисткой и проживала в небогатом районе.
К тому моменту, когда я получил документальное, архивное подтверждение, я уже знал ответ. Юзеф Андреевич служил в полиции. Он действительно был поручиком 36 пехотного Орловского полка, который был расквартирован в Полтаве, где и познакомился с моей прабабушкой, но в 1893 году ушел в запас и поступил на службу в полицию в Харьковской губернии. И даже сделал карьеру – был приставом города Славянска и Изюмского уезда и полицейским надзирателем в городе Чугуеве.
Можно понять реакцию семьи – польский шляхтич – пошел служить в полицию! Вряд ли и семья самого Юзефа Андреевича – дворян Плоцкой губернии, могла одобрить его поступок. Думается, что именно после этого события семья моей прабабушки была изгнана сначала в черные комнаты, а потом – на улицу. Правда, до сих пор остается непроясненной тайна его кончины. Его бывший 36-й пехотный полк принимал участие в русско-японской войне, но кажется странным, что коллежский асессор 46-ти лет, оставил семью с детьми, в которой младшему было видимо года два, и отправился воевать с японцами. Но на пороге была первая русская революция – 1905-й год! Так не здесь ли кроется разгадка его гибели?
Павел же, брат Юзефы Андреевны, просто добавил генеральше переживаний, потому что будучи поручиком 2-го запасного стрелкового батальона, женился на мещанке полтавского села Засулье – Варваре Ивановне Галкиной! Генеральский сын!
В бабушкином рассказе также остается непонятным воспоминание о генерале на белой лошади, потому что к моменту изгнания семьи из дома, он должен был бы уже умереть. Мою бабушку из дома выгоняла её бабушка, а не дедушка! Так следовало из рассказа.
Но сам генерал нашелся. Он был Георгиевским кавалером и командовал 77-м пехотным Тенгинским полком, в котором когда-то служил М.Ю. Лермонтов.
Вряд ли бабушка ошибалась – скитания семьи действительно начались около 1905 года. Старший брат, Андрей, в 1914-м году ушел на войну и возвращался в Киев лишь ненадолго – из немецкого плена в 1918, и на несколько месяцев в 1930-м – по службе. А моя бабушка, Ядвига, как в 1919 году уехала из Киева с Ильей Эренбургом путешествовать, так до конца своей жизни не могла остановиться. И нигде подолгу не засиживалась, не обрастала хозяйством, а летела прочь неведомо зачем, словно от кого-то убегая. Увлекая за собой и временами бросая на руках у случайных людей мою маму.
Мама родилась в Азербайджане, в Ленкорани, жила в Саратове, в первый класс пошла в Москве, во второй – в Киеве, в третий – в городе Покрове, в четвертый – пятый – в Якшур-Бодье, затем – Беднодемьяновске, в пятый – седьмой – в Ижевске, в восьмой – десятый (в двух школах) – в Ярославле.
Подобие дома у бабушки появилось лишь в Ярославле. Но и его она перед концом жизни потеряла и умерла бездомной, среди людей, которых должна была ненавидеть больше всего в жизни. Её старшего брата судьба кидала от Дальнего Востока до Восточной Пруссии. И только после войны он обрел какой-то покой.
Юзефа Андреевна жила с детьми. Сначала в семье самого старшего – Болеслава. В Киеве, под Киевом, короткое время – в Подольской губернии. В 1924-м году, когда родилась моя мама, приехала в Азербайджан. Потом вновь вернулась в Киев, и до 1926 года работала на телеграфе. В начале тридцатых годов Болеслава выгнали с работы, и Юзефа Андреевна стала ездить с моей бабушкой и мамой по стране. У неё начался старческий маразм и бабушка очень с ней мучилась. В августе 1936 года Юзефа Андреевна умерла в городе Ижевске.
Брат был красным командиром, членом партии, а бабушка была доцентом и тоже вступила в партию. И всю жизнь, до самой смерти, они хранили тайну, которая могла разрушить их жизни в одно мгновение. Тайну выбора, который сделал их отец, Юзеф-Юстиан, в 1893 году. Хотя тайной это стало ещё до революции. Бабушка вращалась среди киевской интеллигенции и артистической богемы, придерживалась левых взглядов, её друзьями были Слава и Водя Довнар-Запольские, которые стали одними из первых киевских большевиков. Старшие братья были близки к анархистам. И невозможно себе представить, что все их друзья и знакомые знали, что отец моей бабушки Ядвиги, и её братьев – полицейский надзиратель.
Судьбы моего прадеда и прабабушки – не уникальны. Кочевая жизнь была уделом служилого, военного дворянства до революции. Революция же разбросала их не только по России, а по всему земному шару. И именно революция заставила мою бабушку и её братьев бежать из родных мест, потому что там жила память об их предках, и отрекаться ежечасно от них на словах. Но вот прошло время тайн и кто теперь поймет в каком страхе жила моя бабушка?
Осталось другое – бездомность. Бабушка и Андрей в начале сороковых годов мечтали о своем доме, где они поселятся вместе. Но ничего из этого не вышло. В ярославской квартире бабушки всё было устроено так, что если завтра в поход, то ей на сборы надо было полчаса. Ничего лишнего, только вот книг – слишком много. И послевоенный дом Андрея мог вместить всех потомков, но уже давным-давно принадлежит другим людям. И я – как Андрей и бабушка мечтал и мечтаю иногда о своем доме. Но не могу даже представить – каким он должен быть. И, наверное, поэтому его у меня нет. И моя дочь – такая же. И вот у меня родились, и растут внуки – праправнуки Юзефа-Юстиана. Каков будет их выбор и что приготовила им судьба?
*
Бабушка при Советской власти, как и её брат, заполняли сотни анкет. Но бабушка ничего особенного не придумывала, а просто молчала. А её брат придумал себе двоих братьев – морских офицеров, погибших в Первую империалистическую. И ещё, что он в семье – первый сухопутный офицер, а все до него, с Петровских времен – выбирали морскую карьеру. Братьев и правда было двое, но один был инженером и никогда не служил в армии, а второй – умер в младенчестве.

 


Веб-дизайн и ПО © Кирилл Щерба, Kirsoft Inc.
Главный редактор сайта © Григорий Андреев, Kirsoft Inc.
Информационное наполнение и все права © Григорий Андреев, Kirsoft Inc., 2013-2018

Темы этой статьи

[Ваш браузер устарел]
Тема%
     Я и вся моя родня100